Переселенцы. Часть 2

И крепость городом окрепшим на склонах встанет на века

ТираспольОднако некоторые помещики на местах в разрез с позицией правительства старались «укреплять в крестьянство» жителей, поселившихся в Тираспольском уезде с давних пор и плативших десятину еще хану или его представителям.

В 1797 году в Тираспольском суде появляются дела об осуждении за побег за границу. Например, дела на крестьян Ивана и Василия Масковых, крестьян из владений полковницы Булажаевой.

В то же время некоторые помещики давали вольные крестьянам, как, например, крестьянке Стефаниде, дворовому крестьянину Павлу Максимову и другим.

Неустойчивое положение крестьян, зыбкость существования порождали сопротивление с их стороны, на которое должны были реагировать губернские власти. В феврале 1801 г. новороссийский губернский прокурор Щекутин направил рапорт генерал-прокурору П.Х. Обольянинову, в котором указал на допускаемые местными помещиками «злоупотребления, противные законам», т.е. попытки поселить в своих имениях вольных людей или выдать «фиктивные души» за настоящие.

Все эти ситуации требовали своего разрешения. Именно поэтому в декабре 1801 года в Зимнем дворце начал заседать Комитет об устроении Новороссийской губернии, в работе которого приняли участие правительственные деятели Кочубей, Румянцев, Беклетов, Державин, Габлица, военный и гражданский губернаторы Новороссии – Миклашевский и Михельсон, представители торгово-промышленных кругов. Комитет поднял важные вопросы освоения края, и решениями его руководствовалась на местах администрация.

В Тираспольском уезде в начале XIX века наиболее многочисленной группой были воинские поселяне (14 тысяч душ мужского пола); потом шли крестьяне, жившие на частновладельческой земле, которые делились, как и везде в Новороссии, на две основные категории: помещичьи подданные, в поземельном окладе состоящие (8209 душ мужского пола); крестьяне помещичьи, великороссийские и малороссийские (в том числе состоящие на льготе), – 118 душ мужского пола.

118 душ крепостных составляли в уезде всего 1,4 процента населения помещичьих земель. Незакрепощенные крестьяне составляли 8209 душ или более 98 процентов населения помещичьих земель. В ту пору это была самая настоящая вольница. Но на права этой вольницы вели постоянно наступления помещики. Они допускали принудительные переводы крестьян из одного имения в другое, нарушая их хозяйство. Естественно, это вызывало возмущение этой категории крестьян, которые не желали повиноваться «на общем положении российских крестьян», то есть крепостных. Крестьяне перешли к открытым выступлениям и требовали, чтобы их официально признали казенными на землях помещиков.

Император Александр I издал Указ от 9 мая 1802г., где подтвердил запрещение крепостить «иностранных выходцев», в числе которых было и много выходцев из России. По Указу им предоставлялась «полная свобода» переходить от одного помещика к другому, а запись за помещиками во время ревизий не должна была лишать «ни одного из прав их вольности».

Но Император был далеко, а местные помещики не желали выполнять его указ. В центральном государственно-историческом архиве России хранятся материалы следствия по делу поселенцев Тираспольского уезда, оказавшихся «во владении разных помещиков». В этих материалах отражена не только борьба крестьян за свои права, но и их судьба. В селе Илии, расположенном рядом с речкой Егорлык, проживал в начале XIX века 70-летний крестьянин- молдаванин Дмитрий Халупа, родившийся в селении Цыбулевка, где с незапамятных времен жили его родители Семеон и Василиса Халупа. Земля была ничейной, татары беспокоили редко.

Читать далее