Адмирал флота. Часть 2

Лицом к лицу лица не увидать

ТираспольМаленький уютный Измаил тех лет, утопавший в садах, с одноэтажными белыми домами, немногим отличался от уездного Тирасполя. Пятилетний Николай рос и бегал среди городских мальчишек, и может быть, бывая на пристани у реки, наблюдая за тем, как ходят груженые баржи, представлял и себя отважным капитаном.

Возможно, все было именно так, а может быть, и несколько иначе. Но, когда ему минуло десять лет, он попадает в седьмую Санкт-петербургскую гимназию, а потом заболевает морем. Отец был категорически против того, чтобы сын изменил семейным традициям. Да и мать не поощряла стремление сына быть не пехотным офицером. Однако так велико было желание Николая, так откровенно он бредил морем, что попросил своих сокурсников написать его родителям письмо с просьбой разрешить их сыну перевод. Родителям пришлось благословить сына, и 8 мая 1901 г. 16-летний Зубов сдал экзамены в специальные классы Первого Санкт-Петербургского кадетского корпуса и стал его воспитанником. 1 сентября этого же года был переведен в младший специальный класс. Так исполнилась морская мечта Николая Зубова, и началась его действительная служба на российском флоте.

С первых же лет учебы Николай проявил свои незаурядные способности в постижении преподаваемых морских наук. Интересно, что уже во втором классе в характеристике его отмечено: «Выдающихся способностей, с отличной памятью ... Правдив и откровенен. Очень живой и впечатлительный ... Много читает и прекрасно владеет речью...»

В этой же характеристике была отмечена еще одна особенность кадета Зубова – привязанность к матери. Поэтому естественно, что на каникулы, а потом и в отпуска, вплоть до 1908 г., когда отец вышел в отставку и семья переехала в Петербург, Николай приезжал в Тирасполь. Вот как об этом писал в своей книге о Зубове СИ. Кан: «Теперь Николай Зубов возвращался домой только на каникулы. Лето в Тирасполе проходило в обычных развлечениях. Купались в Днестре, по другую сторону которого раскинулись сады, бахчи и виноградники. Навещали друзей в Суворовской крепости, на окраине города. Это было довольно далеко от дома. В крепость, ныне разрушенную, через глубокий земляной ров вел мост. За крепостными стенами стояли одноэтажные дома, где жили семьи артиллерийских офицеров, и казармы, окруженные большим запущенным парком с беседкой. Здесь гуляли, танцевали, играли в крокет. По вечерам в Тираспольской крепости старшие садились за карты. Николай играл с ними в вист и почти всегда выигрывал. Возвращались домой из крепости затемно. У одного из товарищей был велосипед. Николай пристраивался впереди на раме, и они катили по пыльной, единственной в Тирасполе улице, преследуемые неистовым лаем собак. Лето пролетало быстро...»

Как быстро пролетало время учебы, чередуемое с практикой на таких кораблях, как крейсер I ранга «Князь Пожарский»

В сентябре 1902 года Зубов производится в младшие гардемарины и в младшие унтер-офицеры, а через год уже в старшие гардемарины.

10 февраля 1904 г. в связи с военной обстановкой был произведен в торжественной обстановке досрочный выпуск 128 старших гардемаринов Санкт-Петербургского Морского корпуса. Зубову был присвоен первый офицерский чин Российского императорского флота – мичман, который приравнивался к армейскому званию поручика.

После возвращения в ноябре 1905 г. с театра военных действий Зубов был отпущен для лечения и, конечно, отправился к своим родним и многочисленным братьям и сестрам в Тирасполь. Здесь, в тиши уездного города, он залечил свои раны и отдохнул.

Уже в мае следующего года мичман Зубов получает направление на номерной миноносец, где заведует телеграфной станцией, а потом переводится на учебное судно «Крейсер» и затем в 6-й и в 1-й Балтийский флотский экипажи.

Читать далее