Летописец Тирасполя. Часть 3

Лицом к лицу лица не увидать

ТираспольАлександру Федоровичу удалось за короткое время собрать в музее большую коллекцию работ русских, украинских и молдавских художников. Но... началась война и румынско-фашистские варвары разграбили художественные сокровища музея. Погибли и полотна Фойницкого.

В настоящее время сохранились фотографии тех работ и большое полотно «Приезд папанинца Ширшова в Тирасполь».

В 30-х годах Фойницкий уже признанный мастер живописи. Он ездит на выставки, бывает у известных художников. С одним из таких художников – одесским мастером кисти А.А. Шовкуненко Фойницкого связывала многолетняя дружба.

Появляются его акварельные работы «Первомайский парад на Бородинской площади», «Старая учительница», «Завод имени Ткаченко», «Учительский институт в Тирасполе», «Новый дом», «Портрет архитектора Г.Н. Балана», «Стройка». Маслом художник пишет полотна «Пристань на Днестре», «Оттепель», «Букет перед зеркалом», «Портрет старика», «Портрет молодой женщины», «Половодье», «В метель», «Осень». Появляется лирический этюд «Лунная ночь, улица с белыми хатами». Вся картина, написанная на холсте 48x65 сантиметров, выдержана в голубовато-зеленом свете. Привлекает внимание и этюд «Старый Тирасполь», написанный маслом в 1940 году. Здесь царит зима, на переднем плане старый дощатый сарай, голые деревья, а вдали панорама города с хатами, вросшими «по уши в землю» и выглядывавшими из-за деревянных заборов. Не все художник воплощал в своих полотнах. И не всем тем переменам радовался, как принято было писать в монографиях о нем. Его ужасали варварства сталинских мракобесов, создавших в здании бывшей земской управы «советское гестапо», где пытали и убивали людей. Он с ужасом говорил одной из своих учениц Э.И. Руденко, что в этом здании (тогда уже роддоме) нельзя рожать детей, здесь все пропитано смрадом и смертью, и эта кровь несет проклятие и болезни новым поколениям. Может быть, действительно, тень того проклятия, их безвинных мук и витает сегодня над городом. И сегодняшние катаклизмы в обществе – только лишь расплата за дни и годы коммунистического беспредела.

Фойницкий жил в ту пору с тайным чувством страха, что могут в любой момент вспомнить о его чине в царской армии и... раздастся стук в дверь посреди ночной тишины.

Может быть, и добрались бы органы НКВД до художника, но грянула война. Фойницкий, которому в то время исполнилось 53 года, пожилой человек, художник, не вызывал у оккупантов подозрения, но иногда они заходили в его дом, рассматривали картины. В прихожей Фойницкого стоял его бюст, который художник сделал, видимо, для своего надгробия. Зашедшие румынские солдаты начали расспрашивать художника, не большевик ли это? Фойницкий пытался объяснить, что это он сам, но румын прикладом карабина отбил нос скульптуре. Но скульптура уцелела и ныне находится в Тираспольской детской художественной школе.

В годы оккупации художник продолжает работать. В альбоме появляются рисунки зимы, идущих солдат, разваленных домов. В 1942 году появляются рисунки боев, сражений на городской улице, улицы военной поры. Найди эти рисунки румыны, он мог бы поплатиться за это, но все обошлось.

Хотя после войны страх не исчез из души художника. Началась послевоенная чистка тираспольцев, тех, кто не успел эвакуироваться и жил в оккупации. Снова стали по ночам исчезать люди. В этот период появляются картины «Отдых солдат» (1944 год), «На Днестре» (1945), «Лето», «Спасательная станция» – обе 1946 года, «На пароме раннее утро» (1947 год) и «Лесная дорога» (1948 год), многочисленные этюды, портреты, натюрморты.

Натюрморты художник любил и писал их до конца жизни. Когда он уже не мог ходить на этюды, Александр Федорович покупал фрукты, овощи, садился у себя дома и писал.

В акварели выполнены картины «Дворик» (1946 год), «Пристань» (1946 год), «Развалины в Тирасполе» (1947 год), «Апофеоз войны». Последняя картина, написанная в 1947 году, символизирует весь ужас войны. Через каменные ворота по раскисшей дороге движется подвода с мертвецами. А слева от подводы голодная собака обгладывает труп, над зданием с выбитыми окнами кружатся черные стаи воронья. Мрачные краски порождают угнетающие чувства бессмысленности и преступности войн.

Читать далее