Барышня!.. Станция? Ответьте... Часть 2

На перекрестке дней и судеб

ТираспольНачалась агитация абонентов, так как по условиям станция могла быть открыта, если их наберется не менее 20. Условия для будущих клиентов станции были самыми выгодными. Телефонные аппараты, индукционные звонки, элементы, громоотводы – все приобретала за свои деньги контора Шиллера и устанавливала в квартирах и учреждениях. Это все оборудование и аппараты считались собственностью телефонистов, и абонент за них платил только в том случае, если наносил им ущерб и порчу. Все абоненты делились на две категории. К первой относились те, кто проживал не далее чем за две версты от станции. Эти тираспольцы платили абонплату по 75 рублей в год а все остальные – плюс еще по три рубля за каждые 100 сажен свыше двух верст. Если на одном проводе устанавливалось два аппарата, то плата снижалась до 50 рублей. Если абонент хотел установить дополнительный аппарат, то он доплачивал в год еще три рубля. Второй аппарат каждый абонент обязан был покупать за свой счет. Причем абонентом первой категории можно было стать не менее чем на год, а второй – на два года. Плата за пользование аппаратом вносилась вперед по подписке также по категориям: 1-й – за полгода вперед 2-й – за год вперед, соответственно 2 января и 1 июля.

Интересно, что служба телефонной сети назначалась «во всякое время дня и ночи». Но тот, кто не хотел, чтобы его будили ночью телефонные зуммеры, подавал об этом заявку, и его на это время суток отключали от станции. К моменту, когда станция вступила в действие, в Тирасполе насчитывалось 29 абонентов (но до конца 1908 года их стало 43), которым установили аппараты Антверпенского завода с 4-мя магнитами и микротелефонными трубками и столовые аппараты фирмы Эриксона с 4-мя магнитами. Так как в то время не было электрической сети в городе, то питались аппараты от вставляемых элементов Лекланше.

Шиллер нашел и подходящее помещение для телефонной станции, в доме Руденко по Покровской улице. Первая Тираспольская телефонная станция состояла из трех комнат, в которых разместились коммутаторная, бюро и помещение для стражи. В коммутаторной комнате была сделана перегородка, за которой отдыхали телефонистки. За наем помещения его владелец затребовал плату вперед в размере 200 рублей в год.

Шиллеру были поставлены и другие жесткие условия: чтобы телефонные провода не пересекались с телеграфными, которые шли через весь город.

Торжественный день наступил 25 мая 1908 г., когда Акт приемки Тираспольской телефонной сети приехал подписывать механик Одесского почтово-телеграфного округа Н.С. Трусов вместе с начальником Тираспольской почтово-телеграфной конторы коллежским регистратором И.Ф. Костюкевичем. Шиллер мог быть доволен своей работой, хотя комиссия и отметила, что «при обзоре линии и проводов замечены следующие переходы телеграфных проводов под телефонными: на углу Вокзальной (Ленина) и Покровской; у здания почтово-телеграфной конторы; на углу Покровской и Дворянской (Котовского) к коммерческому собранию (...) Оттяжки на углу Колодезной и Покровской слишком низки (...) Столбы на линии установлены сосновые, 4-5 саженей длиною (...) все столбы новые, хотя многие из них рассохлись, и имеют трещины; столбы очищены от коры, но не окрашены и не пронумерованы (...)».

Зато в это время уже 44 провода отходили от дома Руденко, которые разветвлялись на две основные магистрали: 16 проводов шли по Покровской (где было основное количество абонентов) вправо, 28 -влево. Самое же главное, что комиссия записала в Акте приемки в разделе «Состояние аппаратов и передача речи»: «При пробе аппаратов у абонентов разговор вообще передается удовлетворительно, хотя заметно влияние индукции».

И снова Эмилю Филипповичу пришлось раскошелиться. Так как договор был составлен на 18 лет, то Шиллер за концессию на телефонную сеть в Тирасполе внес трехпроцентные отчисления со сбора за эксплуатацию сети – 1620 рублей, из расчета по 90 рублей в год.

Читать далее