Городская и уездная смута. Часть 2

Ветер кровавых бурь

ТираспольПо статистическим данным годовая плата в 1905 году составляла у полных рабочих 81,8 рубля, у женщин 51,1 рубля. Весной она составляла в среднем 6,8 рубля в месяц, а в летние месяцы подымалась до 13,2 рубля. В переводе на инфляционные приднестровские купоны с изображением Великого Суворова 1994 года это сотни тысяч рублей. Царский рубль был не только высок в цене, но и конвертируем во всем мире. Рабочие в механических мастерских Питча зарабатывали и больше рубля в день.

Другое дело, что рабочий день длился и 8, и 10 и даже мог продолжаться до 16 часов, все зависело от хозяина. Начало XX века было тяжелым для промышленности города. Газета «Бессарабская жизнь» писала, что в Тирасполе: «... во всех отраслях труда и промышленности чувствуется небывалый застой, ремесленники лишены каких бы то ни было заработков, мелкие, как впрочем и крупные, фирмы лопаются, как мыльные пузыри, и кадры нуждающихся с каждым днем прогрессивно увеличиваются».

Именно на этой волне и начали свою работу в городе социал-демократы, завозя нелегальную литературу из Одессы и Кишинева. Нужно сказать, что такая литература и раньше появлялась в уезде.

Однако, если бы и все несколько сотен рабочих-тираспольцев кинулись бы бастовать и митинговать, город бы этого не заметил. Социал-демократы, оценив обстановку обратились к крестьянству. В 1903 г, газета «Русское слово» писала: «В Тираспольском уезде получила небывалое распространение нелегальная литература. В 1903 г., в ночь под первый день Пасхи, в местечко Евгеньевку съехалось из окрестных сел около трех тысяч крестьян для освещения пасхи. Когда крестьяне ушли в церковь, в крестьянские повозки, в которых лежали пасхи, было вложено большое количество революционных прокламаций Одесского комитета РСДРП».

Смуте в городе предшествовал сильный разгул эпидемий скарлатины, кори, дифтерии и тифа в конце 1904 года. Медицинская помощь порой запаздывала, или не было необходимых препаратов в достаточном количестве.

Событие 9(22) января 1905 года в Петербурге через социал-демократов докатилось и до Тирасполя. Группа рабочих под руководством одесских социал-демократов организовала митинг, на котором потребовала 8-мичасового рабочего дня. Однако он никаких последствий не имел и вскоре в городе снова стало тихо и спокойно.

Поняв, что с одними рабочими не поколебать спокойствие, социал-демократы переключились на работу с крестьянами и стали активно засылать своих агитаторов в армию, надеясь ее разложить изнутри. В Херсоне был организован губернский комитет сельских организаций РСДРП, который занялся агитационной работой среди крестьян. В Тирасполе был создан его уездный комитет. Социал-демократы разъезжали по селам (Спея, Тея, Токмазея и другим) и призывали крестьян к неповиновению и бунту.

Дала свои плоды и агитационная работа в воинских частях. Как писала газета «Пролетарий» от 20 июля 1905 года «войска ...г. Тирасполя, Бендер, расположенные вокруг Одессы, до1иьорились между собой не стрелять в рабочих. Революционную работу среди солдат Тираспольского, Бендерского и других гарнизонов проводили в 1905 году кишиневские социал-демократы и члены социал-демократической группы г. Тирасполя».

А социал-демократы все усиленней звали народ к бунту, к неповиновению, к топору!

Еще до официального заявления части солдат, начались беспорядки в волостях уезда. В апреле 1905 года в селе Малаешты крестьяне захватили помещичьи земли. Правда, перед этим управляющий княгини Абамелик отдал приказание запахать участок земли, принадлежавший крестьянам. Но у последних не было на него уставной грамоты. Крестьяне воспротивились. Управляющий выхватил револьвер и предупредил, что если будут противиться дальнейшей запашке, то он будет стрелять.

Может быть, крестьяне и перетерпели бы эту несправедливость, но управляющий отдал приказ запахать и обнести забором прогон, идущий от села к водопою, и крестьяне лишились и выпасов для скота, и водопоя. Поняв, что терять им уже нечего, 24 апреля 1905 года, собравшись, они напали на имение и сожгли княжеский дом. Газета «Русское слово», выходящая в Петербурге писала по этому поводу: «В селении Малаешты горит усадьба княгини Абамелик. Пожар возник на почве аграрных недоразумений между крестьянами и управляющим экономией. К месту пожара выехал исправник и эскадрон драгун».

В мае 1905 года прогремел на всю округу случай в селе Мокра соседнего Рыбницкого уезда Подольской губернии. Конфликт здесь вызревал давно между помещиками Митинским, Войковым, Войтенко, с одной стороны, и батраками и бедняками этого села, с другой стороны. Особенной жестокостью отличался Войтенко, имение которого располагалось в трех верстах от села Мокры.

Читать далее