Мы наш, мы новый мир построим. Часть 13

Ветер кровавых бурь

ТираспольВ мае в городе даже председатель Тираспольского уисполкома понял, что с разверсткой явно перегнули палку. В своем докладе в губернию он, жалуясь на председателя уездпродкома, писал:

«Попудные сборы натурой на мельницах приведут к полному прекращению работ на всех мельницах и лягут тяжелым бременем не на кулаков, а на бедняков, т.к. кулаки имеют мучные запасы, а перемалывают исключительно бедняки, не имеющие запасов зерна для значительных перемолов сразу. Назначение мельничных контролеров упродком делает без всякого разбора и в результате туда попадают темные личности, ведущие втихомолку преступную контрреволюционную работу. Разверстка не соответствует действительности имеющихся излишков и, несмотря на постановления уездсъезда и губсъезда по этому вопросу, агенты упродкома во многих местах настаивают на выполнении разверстки полностью, создавая этим богатую почву для контрреволюции».

В сохранившемся отчете о деятельности Тираспольской милиции говорилось, что связь центра с волостями все время нарушалась и «прерывалась отдельными бандами и местными скоро ликвидируемыми крестьянскими восстаниями». На помощь тираспольской уездмилиции прибыло 43 человека. В марте в Тирасполь был прислан из Одессы милицейский отряд в количестве 60 человек, который помогал вести борьбу с самогонщиками, скупщиками краденого, спекуляцией.

Милиция активно включилась и в проведение различных сборов с населения: конских, гужевых, бельевых, трудовых надзором за так называемым «нетрудовым» населением, а также занималась поиском шпионов; борьбой с антисоветской агитацией, контролем за соблюдением твердых цен, изъятием аннулированных денег; изъятием валюты, драгоценных камней, благородных металлов, товаров скрытых от учета. В июне 1920 года в тираспольской уездной милиции был начальник, помощник начальника, девять районных начальников и восемь их помощников, девять старших милиционеров, 17 конных и 249 пеших милиционеров.

Милиционеры не только стояли на страже порядка новой власти, но и расклеивали по городу приказы, объявления и распоряжения, проводили облавы, проверки видов на жительство, проверки домовых книг, наблюдали за подозрительными лицами. По городам и уезду рассылались милицейские патрули. В Тирасполе были установлены милицейские посты, усиливавшиеся на ночь. Милиция следила и за чистотой улиц, площадей, тротуаров. Чины милиции были заняты и ежедневными нарядами десятков и сотен подвод для нужд военных властей, учреждений и проезжающих должностных лиц. Милиционеры были вооружены винтовками, а старшие милиционеры, помощники начальников участков, начальники участков и старшие чины – личными револьверами.

С 1-го июня в Тирасполе был введен «Всеукраинский тариф по оплате труда (1360-5440 р.) с разделением на 26 разрядов по схеме выработанной Упрофбюро». 2 июня Тираспольский ревком издал приказ о введении книг для ежедневной записи денежных операций владельцами частных торговых и промышленных предприятий. В связи с этим, ревком предупредил, что кто не заведет такие книги к 25 июня, будет оштрафован на сумму до 10000 рублей. После 25 июня незаведшие книги ежедневных записей подлежали аресту.

8 июня вышел приказ уфинотдела ревкома, по которому всем частным лицам, правительственным и частным учреждениям, торгово-промышленным заведениям и кооперативным организациям в трехдневный срок предлагалось сдать в кассу тираспольского казначейства всю иностранную валюту. Виновные в неисполнении отдавались под суд.

Читать далее