Оккупация. Часть 5

Ветер кровавых бурь

ТираспольТираспольский отряд 2-й Социалистической армии, потрепанный в боях с гайдамаками и шагавшими через Украину немцами, с боем прорвался на Дон, выгрузился из вагонов на станции Шептуховка, а так как впереди уже были немцы, то с целью пробиться на север, в Воронежскую губернию, походным порядком пошел через порт Мичулинской станицы. Разложившиеся под влиянием уголовных элементов, обильно наводнивших собою отряд, красногвардейцы бесчинствовали по дороге. В ночь под 17 апреля, расположившись на ночевке под хутором Сетраковом, они, несмотря на угрозы и Запрещения командного состава, толпами пошли в хутор, начали резать овец, на краю хутора изнасиловали двух казачек, открыли беспричинную стрельбу на площади, ранили одного из своих. Ночью застава перепилась (спирт везли на каждой повозке обоза). А в это время трое верховых казаков, высланных на хутора, уже поднимали в окрестных хуторах сполох.

Ночью в потемках седлали казаки коней, снаряжались, наскоро сколачивали отряды из фронтовиков и стариков и под руководством живших на хуторах офицеров, а то и вахмистров, стягивались к Сетракову, окружали красногвардейский отряд копились в балках и за буграми. Из Мичулинской, с Колодезного, с Богомолова двигались в ночи полусотни. Поднялись верхнечирцы, наполовцы, калиновцы, ейцы, колодезянцы.

Дотлевали на небе Стожары. На заре с гиком со всех сторон опрокинулись на красногвардейцев конные казачьи лавы. Пулемет потрещал и смолк, вспыхнула и угасла беспорядочная шалая стрельба, тихо заплескалась рубка.

Через час завершено было дело: отряд разгромлен дотла, более двухсот человек порублено и постреляно, около пятисот взято в плен. Две четырехорудийные батареи, двадцать шесть пулеметов, тысяча винтовок, большой запас боевого снаряжения попали в руки казаков».

Так бесславно закончил свой путь красный Тираспольский отряд. Погиб и командир его – офицер Венедиктов, попавший под горячую руку разошедшихся донцов.

А в самом Тирасполе хозяйничали германцы и австрийцы. Первым делом оккупанты запретили все митинги и демонстрации, профсоюзы и советы. В городе и уезде восстановились традиционные методы правления. Тирасполем управлял ставший городским головой известный общественный деятель, домовладелец Сорокопудов. В состав городской думы вошли землевладелец Емельянов, Желтиков, считавшийся у большевиков черносотенцем, владелец двух трактиров и булочной, Лебедев, и другие, уважаемые до 1917 года в городе люди. Отобранные предприятия возвращались их владельцам, снова заработали многочисленные магазины и базар. Вновь открылся коммерческий клуб (ныне старое здание поликлиники №1). Казалось, вернулась прежняя жизнь. Но по ночам стреляли, на заборах висели приказы германского командования, в крепости разместился отряд австро-германцев. На улицах города шагали патрули, слышалась незнакомая гортанная речь.

Для того чтобы узнать, можно ли создать рабочую организацию, в комендатуру Тирасполя отправилась делегация в составе Каракатина, Тер-Енокяна, Ладыженского. Немцы, недолго думая, обвинили их в связи с большевиками и отправили в одесскую тюрьму.

8 апреля 1918 года в городе был расклеен приказ уездного коменданта и начальника гарнизона оккупационных войск с требованием «в последний раз населению Тирасполя сдать имеющееся у них войсковое оружие и имущество, прекратить бесцельную стрельбу». В случае неповиновения грозили самой суровой карой. Но угрозы должного действия не возымели. 1-го мая в здании коммерческого клуба был большевиками организован митинг рабочих. А за несколько дней до митинга по поручению подпольной организации большевиков рабочие одной из типографий города С. Виноградов и А. Лейбин отпечатали листовку-обращение к рабочим Тирасполя. Митинг открыл будущий председатель уездного Совета профсоюзов М. Роговой. Его поддержали большевики Василевский, Лазарев и Шалик. Пока шел митинг, из крепости вышел отряд, но присутствовавшие на нем рабочие скрылись. Германцам удалось арестовать Александровича, Рогового и еще нескольких рабочих.

Участникам митинга пришлось скрыться из города.

Читать далее